Нопэрапон или По образу и подобию - Страница 74


К оглавлению

74

– Дурак, – без колебаний ответил Димыч.

– Ну и ты дурак.

– Ну и я дурак.

– И я дурак, – присоединился Ленчик, ворочая на коленях туго набитую сумку.

– Вы знаете, ребята, тогда я тоже дурак. – Костя Шемет лихо объехал лужу посреди трассы и громко, искренне расхохотался.

Полагаю, наш совместный диалог показался ему остроумной шуткой.

– Рецепт успеха. – Я откинулся на спинку, глядя в потолок салона. – Берется немолодой мужчина с остеохондрозом, женатый, имеющий сына, щепотка нереализованного тщеславия, гордыни по вкусу… И берется «Технология взрывного метабоя» за шестьдесят девять гривень с учетом почтовых расходов. Смешивается, взбивается, выплескивается. Результат превосходит все ожидания.

Шемет недоуменно приподнял плечи, неприятно став похожим на грифа-стервятника.

– Технология? А, эта идиотская кассета!.. Он мне ее показывал, наш Брюс-Ли-Монахов. С плясками, песнопениями и комментариями. Я выдержал примерно полчаса. А вы?

Ответа он не ожидал.

Ответ был ему прекрасно известен.

– Ребята, парни, господа! Ну вы ведь не станете серьезно относиться к этой лабуде?!

Я смотрел на аккуратно подстриженный затылок Шемета. Я соглашался: серьезно относиться к этой лабуде невозможно. Для нас невозможно, для Большого Босса невозможно, для боксера Отбитыча и молодого инструктора Арьки невозможно.

Возможно лишь для беглого Монаха и княгини Ольги, грозы насильников.

Что общего между мной, Ленчиком, Костей Шеметом и его людьми?

Что общего между девушкой с лошадиной физиономией и лысоватым мужчиной сорока с лишним лет от роду?

Что?

Где-то тут крылась зацепка, ниточка, начав с которой удалось бы размотать весь клубок.

Если б еще знать: хочу ли я его разматывать?..

* * *

Возле Дворца бракосочетания, в маленьком круглом закутке между музыкальной школой им. Коляды и собственно Дворцом, был видеосалон.

Он снабжал людей фильмами, а брачующихся – операторами для съемки.

Внутри видеосалона, между выставочным зальчиком и лестницей в полуподвальный склад, была комната, забитая доверху всякой аппаратурой.

Аппаратура жужжала и щелкала.

В комнате, встав в углу плечом к плечу, были мы.

Мы внимали миниатюрной девице с лисьей мордочкой.

– Вот твоя кассета. – Лисичка-сестричка порылась в столе и выдала Ленчику приснопамятную «Технологию…». – Ничего особенного, кроме защиты от записи. Видел, там в правом верхнем углу такая радужка мелькала?.. Ну, квадратик цветной?

Ленчик кивнул.

– Защиту я сломала, вот тебе запись. – Из недр стола родилась вторая кассета и перекочевала в Ленчикову сумку. – Только учти: качество резко упало. Полосы, хрип, цветность плывет. Наверное, если б мои шефы на железо не скупились… Короче, если очень надо, можно записать качественно. Но будет стоить денег. Договариваться?

Ленчик отрицательно помотал головой.

– Теперь дальше. У тебя паранойя, Леонид свет Владимирович! И я сдам тебя в психушку, если ты не ублажишь меня сладостями. Никаких «двадцать пятых кадров» органами не обнаружено, кодированная информация отсутствует, звукоряд проще пареной репы, музыка просто плохая. Проверено вдоль и поперек, в силу моих скромных возможностей.

Лисичка явственно облизнулась.

Язык у нее был длинный и шелковистый.

Странный язык.

– Спасибо, Аллочка. – Вежливый Ленчик достал шоколадку, с поклоном преподнес лисичке, и та мгновенно зашуршала оберткой. – Я тебе очень признателен.

Спустя пять минут мы всей компанией шли по Сумской, болтая о пустяках.

Кассета-оригинал лежала в моей сумке.


– …тебе звонили, – с порога заявила жена, вытирая полотенцем руки, мокрые после стирки. – Какая-то Татьяна. Татьяна Монахова. Очень просила заехать. Адрес оставила.

– А почему не перезвонить? – удивился я.

– У нее телефон сломался, она с автомата звонила. Сказала: от мужа письмо пришло.

Когда я, прихватив бумажку с адресом, пулей вылетел из квартиры, меня преследовал укоризненный взгляд жены.

Ну, ясное дело, даже не пообедав… пьеса «Река Сумида», «cпутник героя» делает жест разочарования, реплика: «…и в западные земли вслед за ней все души устремились…»

Итак, она звалась Татьяной?!

Дмитрий

Звонок пробулькал невнятную трель, которая, вероятно, должна была изображать фрагмент популярной мелодии, – и дверь почти сразу со щелчком распахнулась.

Создалось впечатление, что госпожа Монахова все это время ждала нас в прихожей.

– Заходите, заходите! – «Просто Татьяна» заулыбалась и поспешила пояснить: – У меня сегодня что-то вроде маленького праздника! Шурик в себя пришел, его из реанимации в обычный стационар перевели. Я уже побывать у него успела. Врачи говорят: теперь быстро на поправку пойдет! И от Вовки письмо пришло, пишет: жив-здоров… Да вы проходите, проходите, туфли можно не снимать, у меня все равно не прибрано!

Мы проходим. И немедленно обнаруживаем в комнате, куда нас приглашает Монахова, знакомую долговязую девицу по имени Ольга, ходячий ужас расхитителей девственности.

– Здравствуйте…

– Бонжур, мадмуазель! – У Олега сегодня явно шутливое настроение, и это ясно говорит мне: он собирается ставить эксперименты. – Наслышаны, наслышаны о вас! Позвольте поцеловать вашу доблестную ручку, которая повергла в прах шестерых негодяев!..

Олег делает шаг вперед, собираясь осуществить продекларированное намерение – и тут девица с неожиданным проворством шарахается от него прочь. Шарахнулась, и сама устыдилась своего порыва, зарделась, аки майская роза… отчего стала выглядеть куда более симпатично.

74